пятница, 30 января 2009 г.

Почему нам не надо в космос

[info]rainman_rocks опубликовал интересный пост по мотивам эссе Чарли Стросса на тему нужен ли человечеству дальний космос. Привожу текст полностью.
В одном из предыдущих постов я писал о том, почему не надо стремиться к небу в смысле метафорическом. Нонче же, согласно обещанию, напишу о том, зачем не надо стремиться в небо буквальное - то бишь космос.
Несмотря на все мои старания, прошлый пост таки получился довольно сумбурным. Попробую в этот раз выстроить мысль попоследовательнее.
Главный опорный материал у меня здесь - эссе Чарли Стросса.
Оно отличное эссе, написанное грамотным писателем-фантастом. К сожалению, оно довольно большое и английское, поэтому для незнакомых с языком перескажу его собственными словами.
Для начала стоит определиться с терминами. У нас есть два "уровня" освоения космоса: исследование и колонизация. И есть три "зоны": околоземная (сюда же включим Луну), планетарная (пределы Солнечной системы) и межзвёздная.
Почему имеет смысл разделять эти зоны? Для ответа на этот вопрос оценим их масштабы. Астрономия, известное дело - это цифры. Цифры длинные, скучные, владеют ими не все. В сознании простого обывателя, у которого астрономии было три с половиной урока в составе школьной физики, Луна и Марс - это где-то рядом. Два кружочка на рисунке, летающие по нарисованным эллипсам. Чего там до них лететь, если уж даже какие-то Тупые Амеры могут (шесть раз!), и даже насквозь пластмассовые китайцы не боятся.
Однако, обещанные цифры. За единицу возьмём одно расстояние от Земли до Луны (около 400 000 км). Наши зоны при этом выглядят так:
Околоземная, стратосфера-Луна: 0.0001 - 1 ед.
Планетарная, Марс-Нептун: 150 - 12 000 ед.
Межзвёздная, Проксима Центавра и далее: от 100 000 000 ед.
Почувствуйте разницу. Между где кончается Луна и начинается Марс. А особенно между где кончается Солнечная система и начинается ближайшая (совершенно точно непригодная для жизни!) звезда.
Я знаю, кого цифры могут не напужать. Тех, кто верит в прогресс. Они заявят: "ну и что? у нас всё будущее впереди! человечество что-нибудь придумает!"
Мне интересно, что же именно.
Всю историю человечества технология развивается в двух противоположных направлениях: уменьшения и увеличения масштаба. Миниатюризация и усложнение против гигантских конструкций и высоких энергий. И скорость прогресса в этих направлениях существенно различная.
Миниатюризация движется гигантскими шагами. Свидетельством тому - чудовищно мощный контупер, за которым вы сейчас сидите. За каким бы вы сейчас не сидели, он всё равно чудовищно мощный - по меркам двадцатилетней давности. И он есть у всех и каждого, даже распоследнему негритянскому ребёнку скоро выдадут. А, если подальше от процессорной техники - ушлые учёные сочиняют себе революционные наноматериалы и генетические лекарства, которые очень даже повлияют на двадцать первый век.
А в технике высоких энергий, больших конструкций и дальних расстояний дело движется куда хуже. Самолёты, автомобили и прочие транспорты за сотню лет их существования улучшили свои параметры всего в несколько раз. Строительство тоже понемножку развивается, но качество жизни масс меняет несильно. Энергетика еле успевает за потреблением. В общем и целом можно сказать, что если маломасштабные технологии растут практически экспоненциально, то крупномасштабные, к которым, без сомнения относится и космонавтика - линейно.
В самом деле, посмотрите на прогресс космонавтики. После прорыва 50-х - 60-х годов началась стагнация. Новые горизонты не покоряются человечеству - вернее, покоряются только каким-то пикающим консервным банкам, заброшенным во вселенскую пустоту на излёте энтузиазма семидесятых.
А всё почему? А потому, что технологии миниатюризации упираются в развитие науки и количество экспериментов. А технологии высоких энергий упираются в ресурсы.
Нет, ну, конечно, стоимость экспериментальных установок и производственных агрегатов для всякой мелочи - весьма приличная (см. тот же коллайдер). Но всё оно теряется в тысячно-миллионных объёмах конечной продукции. Камера Вильсона сегодня - миллиарды микросхем завтра. Дело выгодное. А вот в ТВЭ, напротив, будь здоров какое количество ресурсов требуется на КАЖДУЮ единицу продукции. Причём эффективность использования ресурса зачастую падает с размером агрегата. Потому что масса его растёт всегда кубически, а производительность, зачастую - квадратично.
А ресурсов-то у нас небогато. Спросите у Африканских ДетейTM. Они не поймут, нафига вы собрались лететь на Марс, если им уже сегодня на Земле жрать нечего. И ресурсы я имею в виду не только материальные, но и энергетические, и экологические, и трудовые в конце концов.
Вот и получается, что для космоса Закона Мура нет. Верхом на экспоненте выехать не получается. А одолевать приведённые выше цифры линейно - это дело уже не наше, и не наших детей. Это масштаб сотен лет. А такими масштабами думать, очевидно, бесполезно - ибо через сотни лет всё будет НАСТОЛЬКО иначе, что все ваши современные мысли будут совершенно не в тему.
Но это я говорил пока только об уровне "исследований"! О скорости освоения новых рубежей пикающими банками! Кстати, не забываем ещё и о проблемах телематики: планеты Солнечной системы - это уже расстояния порядка десятков световых минут, и пикающими банками управлять будет крайне непросто.
Если мы посмотрим на уровень "колонизации" - там всё становится куда более печально.
Во всём виноваты фантасты. Это они конкретно подосрали адекватному восприятию реальности. Это безответственный Красный Граф со своим инженером Лосем, который в одной кепке, верхом на дрезине прилетел на угнетённый, но покрытый цветущими каналами Марс делать революцию. Это они по-Лемовски "расширили Землю до пределов космоса", радужно нарисовав на оном Марсе яблони ещё до того, как Долматовский их собрался там сажать.
В космосе плохо, ребята. Даже не в открытом космосе, а на хотя бы на любой, самой безобидной планете. Вы не представляете, насколько там плохо. Там вообще полная жопа. Это тебе не зимой в метель выйти покурить на крыльцо. Земля представляет собой уникальную, трудно достижимую комбинацию условий. Выйти хоть по одному параметру за пределы этого крохотного подмножества - и моментальные кранты. Температура. Состав атмосферы, давление, скорость ветра. Гравитация. Жёсткое излучение. Вы на территории врага. Чуть зазевался - и кранты.
По сравнению с этим, практически любая точка на поверхности земной - сущий рай. Включая антарктику и пустыни.
А теперь попробуйте ответить на вопрос - лично вы готовы колонизировать антарктику? Или разбить лагерь в пустыне? И много у вас таких единомышленников?
Получается, что даже в сравнительно комфортные земные экстремальные условия охотников крайне мало. Тогда зачем вообще думать об "освоении космоса", где всё то же самое, только хуже и дороже?
Хотя, как раз на вопрос "Зачем" ответы у энтузиастов есть. Их три:
1. Хочу спастись от общеземного катаклизма!
2. Хочу добыть ресурсов!
3. Хочу встретить инопланетян!
На это, тем не менее, есть ряд простых ответов.
1. Забудьте. Улетать не на чем и некуда. Сидите на Земле, пока не разработаете технологии межзвёздных полётов и терраформирования (сидеть будете долго, см. выше про скорость развития технологий высоких энергий).
2. Забудьте. На месте их израсходовать не получится, а на Землю отвозить невыгодно В ЛЮБОМ случае.
3. И что дальше делать будете? План продумали? Чего надеетесь достичь? Вам скучно, не с кем пообщаться? Сходите вон ночью на окраины города, поищите там общий язык с местными гуманоидами. О результатах доложите. Обещаю лично занести авоську мандаринов в палату.
Суммируя всё вышесказанное, подвожу итог.
В окрестностях Земли космос "осваивать" можно и нужно. Потому что от спутников Земли есть очевидная отдача и разнообразная польза.
Вне окрестностей Земли (и даже на Луне) делать нефига. Потому что в обозримой перспективе 1) там очень плохо 2) туда очень дорого 3) пользы нет никакой.
А на необозримую перспективу замахиваться не следует. Все, кто замахивался - плохо кончили. Потому что на то она и необозримая, что в неё прицелиться заранее нельзя.
Именно поэтому во всевозможных источниках новостей я хладнокровно пропускаю неизменно поступающие сенсацишки по шаблону "у чёрта на рогах типа вроде как найдена планета похожая на Землю" и "на Марсе совершенно точно была/не была вода".
Ибо смысловая ценность равна нулю.
Когда верстался номер: выяснил, что эксперты меня в целом поддерживают, а широкие народные массы - нет. Что ещё раз поддерживает тезис о том, что свинья, которая хочет зырить в небо, плохо понимает КАКОЙ ЦЕНОЙ это небо достаётся.
© [info]rainman_rocks, 2009

вторник, 6 января 2009 г.

Инопланетная инженерия

Поиск наших «братьев по разуму» ведется, по большей части, в попытках обнаружить упорядоченный сигнал космического происхождения. Однако имеются и другие методы. К примеру, в 1960-м физик Фримен Дайсон (Freeman Dyson) обратил внимание на то, что высокоразвитая цивилизация вполне может проявить себя и с инженерной стороны.
Рассуждал он примерно так. Все увеличивающееся население и все возрастающие энергетические потребности цивилизации при должном технологическом развитии могут со временем натолкнуть мыслящие существа на простое решение: разрушить некоторые близкие к своей звезде планеты так, чтобы их обломки более-менее равномерно распределились, образовав окружность.
Если планет достаточно, то можно даже смастерить несколько окружностей, чем больше – тем лучше, и в идеале они замкнутся в полную сферу. Сфера эта может быть использована как основа для колоссального массива улавливающих энергию света аккумуляторов – наподобие солнечных батарей. Причем энергия окруженной звезды будет улавливаться практически полностью. Такая «конструкция» получила название «сфера Дайсона».
От себя добавлю, что достаточно сомнительным выглядит идея, что высокоразвитые существа будут тратить свои силы на улавливание всей энергии своей звезды. На мой взгляд любое здравомыслящее существо будет стремиться не увеличить, а уменьшить свои энергетические потребности. Для примера можно привести сравнение технологий Запада и России - у высокотехнологичного Запада техника и производственные циклы экономичны, широко применяются энергосберегающие технологии, у менее развитой в технологичном плане России расход энергии на порядок больше, по развитию же техника на ступеньку ниже. Аналогию можно перенести и на инопланетные цивилизации - цивилизация, которой не хватает энергии на столько, что для ее получения они готовы выжать свое Солнце чуть ли не досуха, окружив его поглащающей энергию сферой - это отнюдь не технологически развитая цивилизация. Скорее так себе - дикари. Более того есть подозрение, что расходы на создание и поддержание такой сферы в рабочем состоянии будут неизмеримо выше, чем получаемая от нее энергия. Polosatyj
В принципе, сферы Дайсона могут, конечно, быть и полностью искусственными, скажем – металлическими, хотя и трудно представить, чтобы набрать достаточно материала на нее было легче, чем разрушить близлежащие планеты. Кроме того, они и сами по себе могут быть обитаемыми, представляя живым существам несравненно больше жизненного пространства.
Получается, что такие структуры должны частично или полностью блокировать свет звезды в видимом и ультрафиолетовом диапазонах, но система звезды и сферы Дайсона все равно останется видимой. Дело в том, что, собирая энергию звезды, сфера неминуемо разогреется, и инфракрасное излучение будет возможно обнаружить с Земли.
Эти вполне логичные мысли вдохновили некоторых специалистов на поиски в космосе признаков, которые бы свидетельствовали о существовании сфер Дайсона. В частности, были дотошно исследованы данные, которые собрал запущенный в 1983 г. спутник IRAS, составивший подробную карту небесной сферы в инфракрасном диапазоне. Результат и заинтриговал, и разочаровал одновременно.
Дело в том, что IRAS вел сбор данных, работая в разных режимах, иногда сканируя небо в узком диапазоне, с использованием цветных фильтров, а иногда – с помощью спектрографа, работающего в широком диапазоне. И поначалу анализ затронул лишь первый массив данных: ученые рассматривали, прежде всего, информацию на дальнем конце ИК-спектра. По расчетам, именно там должна проявить себя сфера Дайсона, имеющая примерно тот же радиус, что и земная орбита, вращающаяся вокруг звезды солнечного типа.
Первый анализ показал, что подходящих кандидатов – не много, ни мало, около 250 тысяч. При этом, информации, собранной через светофильтры, оказалось слишком мало для того, чтобы хоть как-то сузить этот набор, остановившись на самых перспективных вариантах.
Новую страницу в этой истории открыл Ричард Карриган (Richard Carrigan), физик, до недавнего времени работавший в лаборатории FNA. Карриган подверг изучению второй массив данных, собранный зондом IRAS в широком ИК-спектре.
Здесь все оказалось лучше: начав с 10 тыс. кандидатов, в результате Карриган остановился на 17 самых перспективных, из которых 4 выглядят наиболее «похожими» на сферы Дайсона. К сожалению, характеристики всех этих объектов с тем же успехом могут быть объяснены и простым присутствием облака водорода вокруг светила – довольно распространенное явление у «пожилых» звезд. Подобным же образом может проявляться и обычный астероидный пояс наподобие того, который имеется в нашей Солнечной системе. Действительно, астероиды так же, как и кольцо Дайсона, экранируют часть излучения звезды – и сами нагреваются, излучая в ИК-спектре.
По мнению коллеги Карригана, калифорнийского астронома Чарльза Бейкмана (Charles Beichman), исследования эти напоминают поиски иголки в стоге сена – притом что еще неизвестно, есть ли там иголка вообще. «Что, впрочем, не отменяет того факта, что Карриганом проделана большая и качественная работа», - добавляет Бейкман.
17 кандидатов в сферы Дайсона, выделенных Карриганом, включены в список объектов, особо интересующих исследовательский проект SETI. Следовательно, они будут в ближайшее время исследованы на предмет исходящих оттуда упорядоченных радиосигналов. Если нам повезет – то у них все получится.
Тем более, что в конце этого года научному сообществу должны быть представлены полные данные, собранные бортовыми датчиками инфракрасного телескопа Spitzer. Они намного более полны, чем у IRAS и содержат данные об инфракрасном излучении более чем 100 млн объектов – примерно в 60 раз больше, чем у IRAS. Главное, чтобы у Карригана хватило терпения.
© Популярная механника, 2008

понедельник, 5 января 2009 г.

Считаем инопланетян

Есть ли в нашей галактике другие развитые цивилизации? Молодой шотландский астроном утверждает: есть, причем числом не менее 361.
Классический способ определить число цивилизаций в Млечном Пути, с которыми мы потенциально можем вступить в контакт, это уравнение Дрейка. Формулу эту Фрэнк Дрейк разработал в 1960 г. и выглядит она следующим образом: N = R*fp*ne*fl*fi*fc*L
Здесь: R — число ежегодно появляющихся звезд в нашей галактике; fp — доля звезд, обладающих планетами; ne — среднее число планет у звезды, которые имеют подходящие для жизни условия; fl — вероятность зарождения жизни на такой планете; fi — вероятность развития жизни до разумных форм; fc — отношение планет, разумные жители которых способны к контакту и ищут его, к количеству планет, на которых просто есть разумная жизнь; L — время жизни такой высокоразвитой и готовой к контакту цивилизации.
В 1960-х Дрейк использовал для 7-ми параметров следующие значения: 10 звёзд образуется в год (R = 10); половина звезд имеет планеты (fp = 0,5); в среднем 2 планеты в системе пригодны для жизни (ne = 2); если жизнь возможна, она обязательно возникнет (fl = 1); с вероятностью 1% она разовьется до разумной (fi = 0,01); 1% цивилизаций может и хочет установить контакт (fc = 0,01); такая цивилизация, в среднем, существует 10000 лет (L = 10000). В итоге им было получено: N = 10*0,5*2*1*0,01*0,01*10000 = 10.
Оценки Дрейка были во многом взяты с потолка и на сегодняшний день для некоторых параметров существуют более достоверные значения (часто, впрочем, совпадающие со мнением Дрейка). Вот эти цифры: R = 7; fp = 0,5; ne = 2; fl = 0,33; fi = 0,01; fc = 0,01; L = 10000. Получаем: N = 7*0,5*2*0,33*0,01*0,01*10000 = 2,3.
Понятно, что многие из этих цифр выбираются чисто умозрительно, и если скорость образования звезд в галактике еще как-то можно установить, то время жизни высокоразвитой цивилизации мы можем только предполагать на основе собственного опыта. А опыт наш основан на знании о нашей собственной планете и цивилизации – то есть, на единичном, в общем-то, случае, и делать исходя из него однозначные выводы просто нельзя (иначе можно было бы поймать одного оленя и заявлять, что все, содержащее углерод, имеет рога).
Однако уравнение Дрейка можно считать хорошим упражнением в формальной логике, поскольку оно позволяет свести один слишком сложный и расплывчатый вопрос к 7-ми вопросам попроще и поточнее. Вдобавок, именно проведенный на его основе расчет долгие десятилетия позволял (и позволяет) выбивать из правительств гранты на продолжение поисков наших братьев по разуму. Среди таких попыток стоит назвать и знаменитый проект SETI. (Cтрого говоря сейчас SETI не финансируется из государственных средств Polosatyj.)
Новую оценку числу цивилизаций в нашей галактике дал молодой шотландский ученый Дункан Форган (Duncan Forgan) в своей статье «Численная модель гипотезы о внеземной жизни и разуме» (A Numerical Testbed for Hypotheses of Extraterrestrial Life and Intelligence). По мнению Форгана, ему удалось на основе появившихся за последние полвека данных внести существенные уточнения в цифры, которые использовал Дрейк для своего уравнения. Собрав и обобщив имеющиеся на сегодня данные о количестве и распределении звезд нашей галактики по массе и светимости, информацию о наличии, числе и положении планет, Форган построил компьютерную модель, на основе которой и делал затем выводы.
Конечно, если цифры о скорости формирования звезд или наличия планет заметно уточнены за последние десятилетия, то значения всех последних переменных в уравнении Дрейка во многом остаются произвольными. Так что шотландец использовал для их значений тремя общепринятыми на сегодня гипотезами.
Первый вариант – панспермия, идея о том, что «споры жизни» довольно легко переносятся с одного небесного тела на другое. В этом случае уточненное уравнение Дрейка дало цифру в 37965 высокоразвитых цивилизаций в пределах нашей галактики.
Второй расчет базировался на гипотезе «уникальной Земли», сторонники которой считают, что условия, позволяющие жизни появиться, развиться и сохраниться, – чрезвычайно редки во Вселенной. С этим трудно не согласиться: нужна богатая (но не слишком) металлами долгоживущая звезда на достаточном удалении от центра галактики и других опасных источников излучения, нужна стабильная планетная система и округлая орбита твердой планеты в пределах «обитаемой зоны», и так далее, и так далее. Использование этой гипотезы привело Форгана к цифре 361 – не больше и не меньше.
Наконец, третий вариант Дункан Форган назвал «гипотезой черепахи и зайца» (Tortouise and Hare). Судя по всему, это его собственная версия, основанная на противостоящем гипотезе уникальной Земли «принципе посредственности». «Черепаха и заяц» подразумевают, что подобные Земле планеты, подходящие для жизни, весьма распространены во Вселенной, однако редкость – развитие жизни до разумных форм, тем более до тех, которые способны вступать в междупланетные контакты. В этом случае цивилизаций в Млечном Пути должно быть 31574 штуки.
В связи с этим нельзя не вспомнить известный парадокс Ферми, который в ответ на такие довольно высокие цифры вопрошает: «Если уж даже в нашей галактике так много развитых цивилизаций, почему мы не наблюдаем никаких их следов – ни зондов, ни космических кораблей, ни сигналов?» Впрочем, и у противников этого парадокса есть масса остроумных замечаний: футурология – наука весьма неточная, и только время способно дать окончательные ответы.
Возможно, еще через полвека уже седовласый Дункан Форган представит более точные расчеты уравнения Дрейка. А возможно, к тому времени они нам не понадобятся, и мы уже вступим в контакт. Если только человечество не уничтожит себя раньше, так и не узнав, есть ли у нас братья по разуму.
© Популярная механника, 2008

среда, 31 декабря 2008 г.

Лаз во вселенную

От того, что человек вышел в околоземный космос, звезды не стали ближе. Их разделяют чудовищные расстояния, по сравнению которыми даже свет летит медленно, а теория относительности, положившая скорость света пределом для путешествий материальных тел, казалось бы, не оставляет никакой надежды.
Однако человеческое любопытство ничто не может остановить. Физики и так и эдак присматривались к уравнениям, описывающим Вселенную, и потихоньку у них начало складываться представление о том, что есть-таки обходной путь, которым можно быстро пробраться к далеким звездам. Самые свежие соображения высказали Ричард Обуса (Richard K Obousy) и Джеральд Кливер (Gerald Cleaver) из техасского университета Бейлора в статье, которую в феврале 2008 года опубликовал журнал Британского межпланетного общества. Рассказ об этом направлении исследований комментирует кандидат физико-математических наук из Главной (Пулковской) астрономической обсерватории РАН С.В.Красников, ведущий отечественный специалист по проблеме. В частности, он рассмотрел один из возможных объектов для сверхсветовых путешествий, который теперь называют "трубой Красникова" (см. "Physical Review D", 1998, т. 57, № 8) — речь о ней пойдет ниже. Ему же принадлежит предложение называть весь класс объектов для быстрых путешествий словом "лаз", что соответствует английскому слову "shortcut".
Нора в пространстве
Типичным примером лаза служит кротовая нора. Этот объект соединяет между собой две области пространства, фактически сложенных, как согнутый пополам листок бумаги. Проделав дырку в обеих его половинках и вклеив в нее трубочку из свернутого в цилиндр пространства, по этой трубочке можно быстро перебраться с одного края листа на другой. Считается, что подобные объекты возникали при рождении Вселенной, когда пространство было очень сильно локально искривлено. Не исключено, что некоторые норы сохранились до наших дней. Обнаружив нору, можно попытаться в нее нырнуть (хотя бы теоретически) и вынырнуть с другой стороны в совсем другом месте Вселенной. У фантастов это называется порталом, и за обнаружение оного ставят памятник. Правда, чаще всего никто не знает, куда портал приведет и как найти дорогу назад. Более того, неясен ответ не только на вопрос "куда?", но и "когда?" — если одна горловина норы движется, то склеиваемые ею точки пространства могут приобрести разные значения времени. В этом случае получается машина времени.
О создании кротовых нор и их использовании в качестве машины времени рассуждали многие физики. Одну из первых статей на эту тему в 1998 году в "Physical Review Letters" опубликовали Майкл Моррис, Кип Торн и Улви Юртсевер из Калифорнийского технологического института. Вот как они рассуждают о возможном способе создания кротовых нор. Предположим, что есть очень развитая цивилизация. Обладая не сравнимыми с нашими техническими возможностями, она могла бы использовать то обстоятельство, что в вакууме на уровне планковских размеров, то есть порядка 10-35 м, кипит своеобразная квантовая пена, где постоянно появляются все возможные топологические конфигурации пространства. Если в этой пене найти фрагмент, строение которого соответствует кротовине, и вырастить его до макроскопических размеров, то есть растянуть соответствующую область пространства-времени на 35 порядков, то задача будет решена. Вопрос о том, как это делать, впрочем, не обсуждается.
В соответствии с теоремой о свойствах решений уравнений Эйнштейна (ее именуют "топологическая цензура"), для того, чтобы кротовую нору можно было пересечь, в определенном ее сечении должна находиться так называемая экзотическая материя. Ее главное свойство — отрицательная плотность энергии, она же способность расталкивать пространство, а не сжимать его, как это свойственно обычной материи. Из-за этого экзотическая материя обладает удивительным свойством — ее гравитационная (то есть проявляющаяся в законе тяготения) масса отрицательна. После того как в конце XX века было показано, что во всей Вселенной действует расталкивающая сила, которую назвали «темная энергия», "космологический член", "лямбда-член", надежды на существование кротовин несколько усилились.
Рассуждение о пузыре
Альтернативой кротовой норе служит "пузырь Алькубьерре". Его предложил Мигель Алькубьерре, работавший в то время в Университете Уэльса. Примечательно, что в его статье, которая была опубликована в 1994 году в журнале "Classical and Quantum Gravity" и без упоминания которой не обходится ни одна статья о перемещениях со сверхсветовыми скоростями, есть только четыре ссылки, и те на классические статьи по теории относительности и строению пространства-времени. То есть Алькубьерре фактически стал основателем исследований движения со сверхсветовой скоростью, и именно ему, если идея окажется воплощенной (на что надежды, правда, почти нет), благодарные потомки должны будут ставить памятник. Вот как он рассуждает:
"Представим себе, что речь идет об инфляционной стадии Вселенной (она приходится на первые несколько миллионов лет после Большого Взрыва, когда расширение шло с ускорением. — Примеч. ред.), и рассмотрим относительные скорости удаления двух наблюдателей друг от друга. Очевидно, что если мы просто подсчитаем изменение разделяющего их расстояния за некий промежуток времени, то получим значение гораздо больше скорости света. Однако это не значит, что наблюдатели будут путешествовать со сверхсветовой скоростью: каждый из них движется внутри своего светового конуса. Огромная скорость удаления будет лишь следствием быстрого расширения пространства-времени. Кстати, это хороший пример того, как интуиция, основанная на специальной теории относительности, может приводить к заблуждениям, когда рассматривают динамическое пространство-время". Однажды об этом эффекте мы упоминали в связи с картой Вселенной (см. "Химию и жизнь", 2006, № 8) — сейчас радиус сферы, которая удаляется от нас со сверхсветовой скоростью, то есть отправленный с Земли сигнал ее никогда не достигнет, насчитывает 4,74 гигапарсеков, при том, что современный радиус Вселенной оценивают в 13,7 гигапарсеков.
Из рассуждения Алькубьерре следует, что, обладая возможностью по своему желанию расширять или сжимать пространство-время, человек может соответственно удаляться или приближаться к выбранному объекту с какой угодно скоростью.
Чтобы поверить алгеброй гармонию своих рассуждений, Алькубьерре применил излюбленный прием специалистов по теории относительности, а именно придумал пространство с особой метрикой. Этим словом физики определяют следующее понятие. Представим себе, что у нас есть поверхность, на которую нанесена сетка координат. Возьмем две точки на ней и попытаемся ответить на вопрос: каково расстояние между ними? Правило, которое позволяет определить ответ, а также задать уравнение движения по любой кривой, и есть метрика. В обыденной жизни мы пользуемся метрикой Евклида — расстояние есть корень из суммы квадратов разностей координат, которые отсчитывают вдоль трех взаимно перпендикулярных осей.
Характерная черта метрики Алькубьерре — наличие пузыря. Посредине плоского пространства есть область, вокруг которой пространство деформировано. Причем с точки зрения наблюдателя, расположенного внутри этого пузыря, спереди по направлению движения пространство в тонком слое сильно сжато, а сзади — наоборот, сильно расширено. Анализ закона движения в пространстве с такой метрикой показывает, что пузырь будет двигаться с какой угодно скоростью, причем скорость эта прямо пропорциональна толщине стенки пузыря и степени деформации пространства в ней. При этом появляется возможность совершенно невиданного в механике дела — безопорного движения: двигатель на деформированном пространстве перемещается сам по себе, не расходуя рабочее тело и ни от чего не отталкиваясь.
Замечательное свойство всей этой конструкции состоит в том, что космический корабль, помещенный внутрь пузыря, не испытает никаких нагрузок, хотя по ее границам действуют чудовищные приливные силы, способные разорвать любой материальный объект. Время внутри пузыря течет так же, как и снаружи, у стороннего наблюдателя. Более того, в каждой точке корабля, коль скоро он находится внутри пузыря и не соприкасается с его границами, время будет течь одинаково, то есть экипаж избежит тех приключений, которые выпали Иону Тихому, попавшему по воле Станислава Лема в зону темпоральных вихрей. В общем, путешественник на этом корабле имеет все шансы слетать к далекой звезде и вернуться обратно за сколь угодно короткое время, если ему позволят энергетические ресурсы, речь о которых пойдет дальше.
"На самом деле это не совсем так, — рассказывает С.В.Красников. — Одна из главных проблем пузыря Алькубьерре состоит в том, что, когда решено послать с его помощью экспедицию, скажем, к альфе Центавра, его, строго говоря, строить уже поздно. Более того, сам корабль не может создавать вокруг себя пузырь: он должен быть создан заранее. Проблема вот в чем. Посмотрите на передний край пузыря. Он сжимает пространство, то есть в этой стенке расположена экзотическая материя с отрицательной плотностью энергии. Если пузырь полетит со сверхсветовой скоростью, то окажется, что расположенная на его границе материя тоже движется со сверхсветовой скоростью. Это не то чтобы запрещено, но равносильно использованию тахионов — частиц, летящих со сверхсветовой скоростью. Однако сама возможность их существования не доказана, а если окажется, что такие частицы существуют, то и пузырь строить не понадобится. Значит, экзотическая материя, пригодная для создания пузыря, должна быть заранее распределена по всему пути следования корабля. Поэтому пузырь Алькубьерре, если его удастся создать, подойдет лишь для быстрых перемещений по уже созданным трассам. А создавать их придется с помощью обычного медленного транспорта".
Модификация пузыря Алькубьерре — пузырь Жозе На-тарио (Jose Natario) из португальского Высшего технического института (см. "Classical and Quantum Gravity", 2002, т. 19). Этот пузырь не создает впереди и позади себя области сильного сжатия и растяжения. Вся деформация сконцентрирована внутри пузыря и организована таким образом, что растяжение в одних направлениях компенсируется сжатием в других. Он решает некоторые проблемы пузыря Алькубьерре, однако и в пузыре Натарио тоже должна быть экзотическая материя.
Альтернативой служит труба Красникова. В ней предложена другая хитрая метрика, и благодаря ей корабль может создавать трубу по мере движения. А воспользуется он ею для движения со сверхсветовой скоростью на обратном пути. В результате полет выглядит следующим образом. Возьмем за цель опять-таки альфу Центавра. Двигаясь с субсветовой скоростью, корабль будет лететь до нее три с лишним тысячи лет по земным часам. Из-за лоренцовского сокращения времени, однако, на корабле пройдет лишь несколько дней. Затем, воспользовавшись созданной во время полета трубой, корабль полетит назад не только в пространстве, но и во времени и вернется примерно через год после старта. При этом не возникает никаких нарушений причинности, не образуются никакие контрамоты, корабль нигде не встречается сам с собой. В общем, никаких петель времени, что не может не радовать.
Отрицательная энергия
Необходимость использовать экзотическую материю — один из серьезных недостатков пузырей Алькубьерре и Натарио. Расчет показывает, что ее количество весьма велико: для создания двигающегося со скоростью света пузыря первого типа, способного вместить метровый объект, масса такой материи должна составлять порядка -1062 килограмм, что превышает (если брать это значение по модулю) массу Вселенной.
Однако анализ, который провели португалец Франсиско Лобо (Francisco S. N. Lobo) из Лиссабонского университета и новозеландец Мэтт Виссер (Matt Visser) из Веллингтонского университета Виктории в своей статье, опубликованной в журнале "Classical and Quantum Gravity" за 2004 год, показал, что оба пузыря обладают отрицательной энергией, причем независимо от скорости движения. Иначе говоря, причина в самой по себе процедуре деформации пространства. Впрочем, при малых скоростях есть шанс эту энергию компенсировать. Для этого надо вспомнить, что у космического корабля есть масса. И у Алькубьерра, и у Натарио корабль внутри пузыря, строго говоря, отсутствует. Причина понятна: он усложнил бы задачу, а цель ученых состояла в том, чтобы рассказать о принципиальной возможности двигаться с какой угодно скоростью, не особенно задумываясь о деталях и механизмах такого движения.
Лобо и Виссер рассчитали пузырь с кораблем для малых скоростей, когда можно в соответствующих уравнениях пренебречь подавляющим большинством членов. Главный физический смысл полученного результата состоит в том, что, как было предложено еще Эйнштейном сто лет тому назад, масса сжимает пространство-время. Вполне естественно, что помещение массивного корабля в растянутое пространство компенсирует это растяжение и, с точки зрения стороннего наблюдателя, деформация внутри пузыря может оказаться равной нулю. Правда, для выполнения этого условия изначальное растяжение внутри пузыря должно быть совсем небольшим. А поскольку, как было сказано выше, скорость движения прямо пропорциональна этой деформации, двигаться такой пузырь будет чрезвычайно медленно и заявленной цели — быстрого перемещения к далеким звездам, достичь не сможет.
"На самом деле в этой статье есть серьезный подвох. Ход рассуждения такой. Есть пузырь. Можно написать метрику. А потом сделать "естественное" предположение, что надо просто приравнять, взяв их по модулю, массы корабля и стенок пузыря. На самом деле это совсем не естественное предположение, потому что пузырь Алькубьерре нельзя создать вокруг корабля; его надо создавать заранее, а потом уж в него помещать корабль. Проблему с большим количеством экзотической материи, которая нужна для создания пузыря, авторы статьи не пытались решить. Пафос был в другом: в попытке установить зависимость предельной скорости корабля от его массы. По-моему, эта попытка была неудачной", — говорит С.В.Красников.
Впрочем, идеи о том, как сократить массу экзотической материи, которая нужна для организации пузыря, имеются. Один из способов предложил бельгиец Крис ван ден Брук (Chris Van Den Broeck) из Католического университета Левина. В статье, опубликованной в журнале "Classical and Quantum Gravity" за 1999 год, он предлагает взять пузырь Алькубьерре микроскопического размера, а внутри него надуть макроскопический пузырь, в котором можно разместить большой объект. Если предположить, что способ вольного обращения с пространством-временем, допускающий его многочисленные деформации, найден, то в таком предложении нет ничего фантастического. Для стороннего наблюдателя все, что происходит внутри пузыря ван ден Брука, не представляет интереса, он видит лишь микроскопический пузырь Алькубьерре и соответственно обнаруживает, что его отрицательная энергия незначительна. По оценкам С.В.Красникова, опубликованным в журнале "Physical Review D" за 2003 год, пузырь ван ден Брука можно удержать от схлопывания, поместив в его горловину всего лишь миллиграммы экзотической материи, причем независимо от того, сколь велика внутренняя область, занятая пассажиром.
Деформация измерений
В принципе пространство для создания пузыря Алькубьерре можно деформировать, распределив в его стенках определенным образом экзотическую материю. В упомянутой в начале статье Ричарда Обусы и Джеральда Кливера предпринята попытка получить то же самое за счет манипуляций с дополнительными измерениями. Напомним, что дополнительные измерения возникли из желания ответить на несколько неприятных вопросов вроде: отчего мощность гравитационного взаимодействия оказывается существенно ниже, чем у трех остальных — слабого, сильного и электромагнитного? Или — почему расчетная плотность энергии вакуума на 119 порядков (!) больше, чем измеряемая? Одно из решений этой задачи состоит в том, что гравитация, и только она, распространяется в другие, скрытые измерения, а если бы померить ее и там, то все взаимодействия оказались бы сравнимы по своей силе. Вопрос о существовании этих измерений столь сильно волнует физиков, что их поиск будет одним из главных экспериментов (см. "Химию и жизнь", 2008, № 3) на Большом адронном коллайдере, который заработал было в сентябре 2008 года, но из-за аварии со сверхпроводящими магнитами был сразу же остановлен до весны 2009 года.
Среди множества следствий наличия во Вселенной скрытых измерений есть и такое, весьма интересное: уменьшение размера одного из них способно породить увеличение размеров всех остальных. В частности, об этом подробно рассуждали Алан Ходос и Стивен Детвейлер из Йельского университета в статье, опубликованной в "Physical Review D", 1980, т. 21. Они показали, что в начале времен Вселенная, обладающая одним лишним измерением, могла быть фактически одномерной, а затем, по мере уменьшения размера этого измерения, остальные три выросли до нынешних размеров. А то самое, исходное, сократилось до размеров порядка 1О-33 м. Правда, оценки, полученные из гравитационных соображений, дают размер на 27 порядков больший, порядка микрона.
В 1995 году Яна Левина из Канадского института теоретической астрофизики вернулась к этому вопросу и показала, что изменениями размеров скрытых измерений можно вполне объяснить развитие пространства в нашей Вселенной, в частности, и начальную инфляцию, и последующее замедление расширения. Дополнительные измерения служат одним из следствий теории суперструн (справедливость которой, впрочем, как и наличие самих измерений, никто пока не доказал, а размер последних — доподлинно не измерил). И в рамках этой теории появляется слабая надежда на управление размером измерений: согласно воззрениям ее адептов, именно струна, "накрутившись" на измерение, определяет его размер. Струна при всей своей загадочности — материальный объект, и есть небольшая надежда, что, как-то воздействуя на нее, можно менять ее упругость, вызвав тем самым локальное изменение размера скрытого измерения и соответственно расширение либо сжатие реального пространства-времени. В общем, построить-таки вокруг космического корабля пузырь Алькубьерре.
"Способ построения пузыря Алькубьерре, который предлагают Обуса и Кливер, чрезвычайно экзотичен. Совершенно непонятно, как можно изменять параметры струны, ведь это фундаментальная константа. Более того, в тензоре Эйнштейна, который описывает деформацию пространства, есть десять компонент. А изменение размера измерения дает лишь одну переменную. Где взять остальные девять? Когда Алькубьерре рассказывал о своей идее, он решал совсем другую задачу: показать, что нечто экзотическое — полет со сверхсветовой скоростью — в принципе не противоречит действительности. Тот факт, что для его существования нужна экзотическая материя, гораздо менее экзотичен, чем управление размером скрытых измерений. Не нужно думать, что такая материя — это выдумки теоретиков. По крайней мере один ее вид можно наблюдать экспериментально при демонстрации эффекта Казимира (мы о нем упоминали в феврале 2001 года. — Примеч. ред.). Суть этого эффекта в том, что если взять две большие проводящие пластины и поместить их на небольшом расстоянии в вакууме, то между ними возникнет экзотическая материя, вызывающая силу притяжения. Ее происхождение связано с тем, что вне пластин могут существовать все возможные нулевые колебания вакуума, а внутри — только те, длина волны которых меньше расстояния между пластинами. Так что создание неоднородного распределения экзотической материи в пространстве, благодаря чему можно получить пузырь Алькубьерре, представляется менее фантастичным, чем идея управления измерениями", — говорит С.В.Красников.
Если же все-таки окажется, что измерениями управлять можно, сколько энергии потребуется на создание пузыря? Вот как Обуса и Кливер пытаются ответить на этот вопрос.
В уравнении Эйнштейна, связывающем кривизну пространства-времени с внешними источниками гравитационного поля, есть уже упоминавшийся лямбда-член. Можно показать, что в многомерном пространстве лямбда-член обратно пропорционален четвертой степени размера скрытого измерения. А скорость расширения пространства определяется постоянной Хаббла, которая пропорциональна корню квадратному из лямбда-члена. Получается, что постоянная Хаббла обратно пропорциональна квадрату размера скрытых измерений. Осуществляя полет в пузыре Алькубьерре, скажем, со скоростью света, нужно, чтобы пространство на его границе сжималось и расширялось именно с этой скоростью. С учетом того, что постоянная Хаббла ныне составляет 2,17.10-18 (м/с) м, ее нужно увеличить на 26 порядков, то есть изменить размер скрытых измерений на 13 порядков величины. В результате значение лямбда-члена в пространстве, связанном с пузырем, вырастет на 52 порядка и составит 1042 Дж/м3. Если предположить, что размер корабля 10 метров, а операция по деформации пространства проводится над всем объемом заключающего его пузыря, то потребуется 1036 ГДж энергии. Такое ее количество может выделиться при аннигиляции планеты, подобной Юпитеру. Нельзя сказать, что это мало, но в то же время это гораздо лучше, чем потребность сжечь всю Вселенную.
А что будет, если пространство деформировать не по всему объему пузыря, но только в его тонкой стенке? Минимальная толщина стенки — планковская длина, 10-35 м. Объем стенки сферического пузыря диаметром 10 м тогда составит 10-32 м. На деформацию такого объема пространства со скоростью света надо будет затратить 100 ГДж энергии. Для выработки этого количества энергии уже не надо устраивать катастрофу космического масштаба, можно вполне обойтись имеющимися ресурсами.
Тщательное исследование пузыря Алькубьерре, впрочем, показало, что безнаказанно сокращать толщину его стенки нельзя: величина отрицательной энергии, о которой говорилось выше, от этого только возрастает. Тот факт, что возникает вполне обычное для техники противоречие — улучшение одного качества конструкции требует ухудшения другого, — позволяет заподозрить, что все эти захватывающие дух идеи имеют шанс когда-нибудь привести к чему-то реальному.
© С.М.Комаров, Химия и жизнь, №11, 2008

вторник, 30 декабря 2008 г.

Законы биологии и межзвездные полеты

За последние годы в нашей Галактике открыто несколько десятков солнцеподобных звезд с обращающимися вокруг них планетами. Наблюдениями установлено, что по своему химическому составу, структуре и характеру движения Солнечная система не является уникальной даже в пределах нашей Галактики. Нет также оснований считать, что в пределах одной галактики могут действовать разные законы природы. Это значит, что эти законы неминуемо должны привести к зарождению Жизни и в других звездных и планетных системах, как и в нашей.
Попытки установить контакт с иными цивилизациями в 1960–1970-е годы прошлого века с помощью радиотехнических средств к успеху не привели. Самый надежный и убедительный способ – это, конечно, слетать к этим звездам и на месте обнаружить следы жизни. Но, например, за время полета к звездам произойдет смена многих поколений участников экспедиции. Понимая это, основоположник теоретической космонавтики Константин Циолковский выдвигал идею совершать межзвездные путешествия колониями. Как же будут решаться биологические проблемы в этих колониях?
«Универсум-25»
В 1969 году доктор Джон Колхаун из Института психического здоровья в Пулсвиле (штат Мэриленд, США) создал мышиный «рай» под названием «Универсум-25», где были все необходимые условия для полноценного развития колонии. Мыши резвились на обширном пространстве при оптимальной температуре. Прекрасные условия жизни и необходимые прививки предохраняли их от болезней. Были предусмотрены также специальные отделения для беременных мышек, чтобы ничто не препятствовало им свободно размножаться. «Рай» был рассчитан на 4 тыс. особей.
Сначала поселили в нем четыре супружеские пары. Чувствовали они себя здесь прекрасно, и через год население «рая» насчитывало уже тысячу мышей. Некоторые из них дожили до мышиных седин (800 дней), что в пересчете на человеческий возраст составляет 80 лет. Однако вскоре что-то в этом «раю» испортилось. Третье поколение самцов устраивало между собою кровавые драки, во время которых множество мышей было загрызено победителями. И все же появилось на свет четвертое поколение, хотя и менее многочисленное. Мужские представители этого поколения уже не дрались между собой. Колхаун назвал их «красавцами», так как они отличались замечательным мехом, не тронутым зубами соперников. Но потомства они не дали.
Экспериментатор пробовал спасти поколение «красавцев», переселив их в другие клетки, к обычным, «не райским» самкам. Ничего не помогло: в один из майских дней 1973 года умер естественной смертью последний житель «Универсума-25».
По мнению Р. Чайченко, ученого-биолога из Киевского университета, прежде всего эксперимент Колхауна подтвердил известное положение об эволюционной бесперспективности изолятов, где утрачивается пластичность вида, и популяция как бы застывает. Кроме того, в каждой популяции существует «зараженность» летальными генами.
В обычных условиях при свободном скрещивании многочисленных особей все эти вредные мутации оказывают лишь небольшое отрицательное влияние на жизнь популяции (здесь включается сложный генетико-компенсационный механизм). Иное дело, когда происходит близкородственное скрещивание. При этом вредная изменчивость начинает проявляться и нередко приводит к разрушительным последствиям (таковы биологические основы юридических законов, запрещающих браки между ближайшими родственниками).
Интересно было бы этот эксперимент продолжать с целью определения условий, при которых популяция не вымирает. Необходимо было бы также определить то минимальное число супружеских пар, при котором все же продолжается нормальное развитие изолята. Эти эксперименты очень важны для претворения в жизнь идеи Константина Циолковского о полетах к звездам несколькими колониями. Тогда между ними появится возможность взаимного обмена женщинами и мужчинами для продолжения здорового потомства.
Возникает также очень интересный вопрос: можно ли экстраполировать результаты эксперимента на всю Землю? Ведь она тоже ограничена и является своего рода «изолятом», если не удастся выйти за пределы Солнечной системы. Не произойдет ли взаимное уничтожение людей при насыщении (достижении критической массы), как в мышином «рае»?
Инверсия производной
В начале 1970-х годов, занимаясь изучением аквариумных организмов, советский ученый В. Щербаков подметил любопытную закономерность. Оказывается, прирост численности организмов определяется скоростью изменения условий среды, так называемым правилом производной. Оно гласит: относительный прирост численности организмов в популяции при изменении какого-либо фактора среды прямо пропорционален производной количественной меры этого фактора за время наблюдения.
Так, при стабильных условиях изменения численности популяции не происходит. Если условия (чаще всего это количество пищи) ухудшаются, производная становится отрицательной, популяция вымирает. Наоборот, если условия имеют тенденцию к улучшению, популяция претерпевает «демографический взрыв».
Эксперименты подтвердили открытую закономерность. Так, для получения в искусственных условиях личинок веслоногих рачков (науплиусов) Щербаков применил разработанный на ее основе метод «инверсии производной». Сначала для рачков создавались условия, ставившие их на грань вымирания. Через несколько дней или недель условия улучшались, так что производная основного фактора меняла знак, становясь положительной. Именно в это время, когда условия сами по себе были еще неблагоприятны, но быстро улучшались, появилось множество личинок. Когда же условия становились близкими к оптимальным, производная приближалось к нулевому значению и количество «новорожденных» резко сокращалось, при этом падала и естественная убыль. Интересно, что при отлове веслоногих рачков в водоемах и пересадке их в аквариум популяция быстро вымирает, и только метод инверсии производной позволяет получить положительные результаты.
Закон инверсии хорошо объясняет такие явления, как послевоенные демографические взрывы (условия еще неблагоприятны, но производная высока), рост народонаселения в некоторых развивающихся странах, демографическая ситуация в России особенно в период перестройки, а также явления, носящие индивидуальный характер. Так, в процедуре лечения голодом, по мнению исследователя, положительный эффект обусловлен не столько самой голодовкой, сколько последующим улучшением питания, когда производная становится положительной.
Вывод из этого опыта заключается в следующем. При длительных межзвездных полетах в замкнутом пространстве колонии окружающие условия будут стабильными или скорее ухудшатся. Это может привести, по правилу производной Щербакова, к вымиранию космических путешественников.
«Биосфера» раздора
В 1991 году близ города Оракл в штате Аризона (США) начался эксперимент, сразу же приобретший мировую известность. Цель эксперимента – показать, смогут ли люди жить в космических поселениях – замкнутых объемах с постоянно регенерируемыми запасами воздуха и воды, питаясь продуктами, выращиваемыми здесь же, в оранжереях. Создаваемая в то время орбитальная станция МКС не могла дать ответа на этот вопрос. Во-первых, ее экипаж состоял всего из нескольких человек, тщательно подобранных по психологическим параметрам; во-вторых, время их пребывания на орбите четко оговорено и люди всегда знают, когда вернутся в привычные условия жизни, рассматривая свое пребывание на орбите как своего рода командировку. А в командировке неудобства можно и потерпеть.
Здесь же требовалось «замкнуть» в тесноте большую группу людей, причем на длительный срок. Отправить их в космос возможностей не было, потому и созрело решение создать «космическое поселение» на Земле. Им стала «Биосфера» – раскинувшийся на десятках гектаров купол, под которым были воссозданы условия различных климатических зон, имеющихся на Земле: «тропические джунгли», «пустыня», «океан», «саванна». Причем так же, как на Земле, можно было переходить из зоны в зону, выбирая наиболее комфортное место жительства, надо было заботиться о пропитании и устанавливать отношения с многочисленными соседями.
Короче говоря, если космические поселения когда-нибудь и будут созданы, они станут очень похожими на аризонский купол. И ученые очень надеялись, что дружная, заинтересованная в успехе когорта единомышленников с блеском докажет, что землянам вполне по плечу завоевание космоса, так сказать, на долгосрочной основе. Потому и отбирались в «Биосферу» только добровольцы, мужчины и женщины, да к тому же еще и научные работники.
С 1991 по 1994 год в этом прототипе будущего космического поселения работали две группы исследователей. И оба раза повторялось одно и то же. Вступая под стеклянную крышу дружной веселой командой, исследователи, будучи отрезанными от внешнего мира, проявляли все признаки психологической несовместимости. Так что уже через несколько месяцев (а эксперимент был рассчитан на годы) вконец разругавшихся интеллигентов приходилось спешно удалять. И так оба раза. Примечательно, что, объясняя причины неудачи, местные эксперты не стали углубляться в психологию, а объяснили ситуацию острой нехваткой еды и кислорода.
В этом эксперименте в какой-то степени моделируется идея Циолковского о межзвездном полете колониями. Правда, в эксперименте не ставилась задача создания семейные пары с целью продолжения рода, и оставаться под куполом в течение жизни нескольких поколений.
Последняя стадия Разума
Общий вывод, который следует по результатам рассмотренных экспериментов, не утешителен. Можно относиться к законам биологии двояко. С одной стороны, считать, что жизнь – самозарождающийся феномен. Она может сама зарождаться в любой точке бесконечной Вселенной. Однако биологическими законами природы наложен запрет на ее распространение техническим путем. Земля обречена быть «изолятом». Она – мать, колыбель, место обитания и кладбище жизни. Пока светит Солнце, жизнь на Земле в той или иной форме будет продолжаться, сменяя одно поколение другим. Погаснет Солнце, погаснет и жизнь на Земле.
С другой стороны, не хочется верить, что Разум – это последняя стадия развития жизни на Земле. В запаснике Природы должны быть последующие, «неразумные» этапы развития. У нас нет научных данных, что имеется предел изменчивости живого организма, предусмотренной самой Природой.
Пока еще не видны контуры возможностей нашего разумного этапа развития жизни. Наука ищет и находит все новые и новые направления развития. Генная инженерия и нанотехнология бурно развиваются. Использование их возможностей может привести к преодолению запретных законов биологии.
Целенаправленный поиск способов решения вышеуказанных проблем может явиться стимулирующим фактором рождения нового вектора изменчивости организмов, который может привести к возникновению новых форм жизни, лучше приспособленных к условиям длительного полета в космическом пространстве.
© Гильмутдин Давлетшин, 2007

Нейтринная коммуникация

Американские физики выдвинули предположение, что многолетнее прослушивание космического радиофира не увенчалось успехом, потому что инопланетяне, возможно, используют для передачи информации не электромагнитные волны, как люди, а пучки одного из типов элементарных частиц - нейтрино.
Свою теорию исследователи изложили в статье Галактическая нейтринная коммуникация (на arxive.org сейчас лежит уже третья редакция от 18 ноября 2008)
"До сих пор поиски основывались на том, что передача информации (у внеземных цивилизаций) должна вестись с помощью фотонов - в радио- или оптическом диапазоне. Мы предполагаем, что было бы более целесообразно искать возможный сигнал, который передается с помощью нейтрино", - пишут авторы статьи Джон Лернд из Гавайского университета (США) и его коллеги.
Нейтрино - один из типов элементарных частиц, которые обладают крайне малой массой и невероятно высокой проникающей способностью. Для них не будет преградой даже многокилометровый слой свинца.
Электромагнитные волны могут задерживаться или рассеиваться межзвездным газом и пылью, а вблизи центра галактики, где их концентрация весьма высока, использование фотонов для связи может стать просто невозможным. В то же время для нейтрино галактика практически "прозрачна".
Авторы статьи предполагают, что внеземные цивилизации могут использовать для связи нейтрино с энергией выше, чем у нейтрино, испускаемых звездами. Это даст возможность фактически полностью исключить помехи - нейтрино высокой энергии достаточно редки, и сигнал, переданный с их помощью, не будет так подвержен шумам, как в электромагнитном спектре.
Концепция источника нейтринного луча из авторской статьи.

Поиски внеземных цивилизаций (SETI - Search for Extra-Terrestrial Intelligence) с помощью прослушивания межзвездного радиоэфира ведутся с 1960-х годов. Однако пока не удалось выявить ни одного внеземного сигнала искусственного происхождения.

суббота, 27 декабря 2008 г.

Немного про червоточины

На препринтах появилась свежая статья про червоточины (за 23 дек.2008): Mauricio Cataldo, Sergio del Campo, Paul Minning, Patricio Salgado. Evolving Lorentzian wormholes supported by phantom matter and cosmological constant. Собственно в статье обсуждается влияние космологической постоянной и темной энергии на создания экзотической материи и соответственно эволюцию червоточин.
Собственно чем не повод вспомнить про червоточины, поэтому перепечатываю интервью с директором Астрокосмического центра ФИАН академиком РАН Николаем Кардашевым, который вовсю пиарит Радиоастрон - новейшую российскую технику (собственно орбитальный радиотелескоп), предназначенную для поиска червоточин. В настоящее время, согласно официальному сайту, аппарат уже собран и находится в стадии предполетных испытаний.
Само интервью:
Академик РАН Николай Кардашев, директор Астрокосмического центра ФИАН
«Кротовая нора» — это туннель, связывающий разные части пространства. Вход в туннель может быть размером со звезду, с планету, с дом, с пылинку. И если вы туда нырнете, то вынырнете в другом месте. Можно попасть в другую часть нашей галактики, можно в другую галактику, можно в другую Вселенную. По физическим свойствам вход в «кротовую нору» очень похож на черную дыру. Отличие в том, что туда можно не только попасть, оттуда можно и вернуться. У «кротовой норы» нет горизонта событий. Если вы в нее погружаетесь, то вас будет все время видно. Оттуда можно посылать радиосигналы, общаться, и даже сквозь этот туннель наблюдать, что делается на другом конце, — если вы наведете телескоп.
Отчего так? «Кротовая нора» — туннель через какие-нибудь дополнительные измерения?
Нет, дело не в новых измерениях, это из-за такой сложной топологии пространства.
Вы, видимо, говорите о кривизне пространства. Действительно, если бы эта самая кривизна у пространства была, тогда понятно: сгибаем его, как лист бумаги, и прокалываем дырку. Если путешествовать по листу, то будет очень далеко, а если через дырку — рядом. Но, насколько я знаю, никакой кривизны у нашей Вселенной не обнаружено, она плоская.
Да, Вселенная плоская. Но локально кривизна есть. (Любая масса вещества искривляет пространство вокруг себя, особенно сильно этот эффект проявляется у черных дыр с большой массой. — «РР».) «Кротовая нора» — это и есть туннель между двумя входами в тех местах, где кривизна большая.
«Кротовая нора» образуется в таких местах в обязательном порядке или это случайность?
Как сделать «кротовую нору», совершенно неясно. И можно ли ее вообще сделать? Но то, что на ранней стадии развития нашей Вселенной все пространство сплошь было набито такими «кротовыми норами», сейчас почти общепринятый взгляд. Потому что пространство перед началом Большого взрыва, перед расширением, представляет собой такую пенообразную структуру сверхплотного скалярного поля с очень большой кривизной. С очень большими флуктуациями кривизны. И все эти ячейки пены между собой соединены. И потом, после Большого взрыва эти ячейки могут остаться соединенными между собой. Это было показано еще в первых публикациях Уиллера в середине пятидесятых годов.
Сверхплотное скалярное поле пенообразной структуры… Что это?
Это сверхплотный вакуум, вакуум с очень большой плотностью энергии. Это состояние вещества до начала Большого взрыва. Плотность энергии большая, поэтому кривизна пространства высокая.
Со времени Большого взрыва прошло 14 мил­лиардов лет. Что стало с ячейками этой пены сейчас? До этого, насколько я слышал, и времени-то никакого не было.
На сегодня наиболее логически непротиворечивая модель — модель многокомпонентной Вселенной. Потому что, если мы говорим про Большой взрыв, тут же начинают спрашивать: «А что было до Большого взрыва?» или «Что было в том месте, где не было Большого взрыва?» Что, спрашивать нельзя? Люди недовольны таким положением, и правильно, что недовольны.
Эти вопросы и приводят к понятию многокомпонентной Вселенной. В английском языке есть устоявшийся термин «мультиверс», в русском такого термина нет, поэтому называется так длинно. Это предположение о том, что вся наша Вселенная состоит из бесконечного количества Больших взрывов, которые независимо возникают в разные моменты времени, и пены сверхплотного скалярного поля между ними. И поэтому Вселенная бесконечна и в пространстве и во времени. В разных Вселенных могут быть даже разные законы, разные элементарные частицы.
У каждой Вселенной где-то очень далеко есть стенки, которые состоят из этого сверхплотного вакуума. Как они будут взаимодействовать с другими пузырями, другими Вселенными — этот вопрос тоже изучается.
То есть вы от вопроса «А что там, с краю?» не отмахиваетесь? Часто, когда я спрашиваю физиков, что будет, если подобраться к краю, мне отвечают, что ничего особенного я не увижу, будут все те же звезды. Представить наблюдателя, который во время расширения находился там, с краю, мы тоже не можем, потому что вся наша Вселенная родилась из внутренних областей пузыря. А поскольку увидеть мы ничего не можем, то и разговора нет.
Отворачиваться от таких вопросов, конечно, не нужно. Нужно думать о том, какое есть взаимодействие между той частью, которая похожа на нашу Вселенную, и той, которая совсем не похожа. «Вы об этом не спрашивайте, нам этого не нужно» — приемлемо только для очень небольшого числа людей науки. Ну а дальше уже имеется недовольство экспериментаторов, которые говорят, что теоретики это все придумали, а проверить нельзя. Единственная экспериментальная возможность исследовать другие компоненты «большой Вселенной» — «кротовые норы», которые изначально заведомо были, но неизвестно, существуют ли сейчас.

Черная дыра
Кротовая нора (червоточина)
Каким образом можно обнаружить «кротовую нору»? В последней публикации в «Успехах физических наук» — совместно с Новиковым и Шацким — вы приводите расчеты своей модели «кротовых нор». В чем ее особенности?
Уиллер первый показал, что в момент Большого взрыва была пенистая структура скалярного поля. Потом в том же институте в Калифорнии Моррис и Торн первыми вывели уравнения, которым должна соответствовать «кротовая нора». Вышла статья, в которой были изложены требования к свойствам вещества, чтобы эта «кротовая нора» не превратилась в черную дыру. Оказалось, что свойства вещества очень похожи на свойства магнитного поля или свойства электрического поля.

Двухмерная модель "кротовой норы"
По каким параметрам?
По уравнению состояния — связь давления и плотности энергии — для направлений вдоль поля и поперек поля. В общем, свойства магнитного поля оказались очень близкими к свойствам «кротовой норы». Мы на это обратили внимание, стали думать, чем магнитные поля у «кротовой норы» должны отличаться от тех полей, которые мы уже наблюдаем. Выяснилось, что вход в туннель будет очень похож на магнитный монополь, то есть магнит с одним полюсом.
Такого ведь в природе не бывает. У любого магнита два полюса.
Магнитных зарядов в космосе нет, это правильно. Частицы, несущие такой заряд, — монополи — искали, но не нашли. И сейчас положение такое, что нужно искать магнитные монополи крупного размера.
Зачем такая экзотика? Вы же сами говорите, что свойства «кротовых нор» похожи и на электрическое поле. А электрических зарядов много: электроны, протоны…
Да, но параметры «кротовой норы» такие, что нужен монополь большого размера. Электрические поля годятся, но в космосе много свободных электронов, эти электроны обязательно прилетят, и электрическое поле погаснет. Так что искать нужно именно магнитный монополь, и как раз потому, что магнитных зарядов в космосе нет. И вот у нас получается, что у одной горловины «кротовой норы» магнитное поле одного знака, а у другой — другого. Если у нас плюс, то на выходе минус, и наоборот.
Как можно обнаружить этот монополь, а вместе с ним и «кротовую нору»?
Сейчас есть методы, с помощью которых исследуется структура магнитного поля. Хорошо известна структура дипольного магнитного поля Земли. Есть дипольное поле у некоторых других планет. У Венеры, например, оно слабое, а у Юпитера — сильное. У Солнца есть магнитное поле… Простейший прибор для обнаружения поля — компас. А на Солнце поле измеряется по так называемому зеемановскому эффекту — по расщеплению и поляризации спектральных линий света. Это квантовый эффект: магнитное поле влияет на структуру атомов, у атомов появляются разные специальные мелкие уровни, которые зависят от мощности магнитного поля. Появляются дополнительные спектральные линии. Есть и другие эффекты: эффект Фарадея и эффект Коттона — Мутона, которые влияют на поляризацию света.
В лабораториях это все проверено и изучено на многих объектах. Мы знаем, какое магнитное поле в межзвездной среде — миллионные доли гаусса (единица магнитной индукции, 1 гаусс равен 0,0001 тесла. — «РР»). На Земле и на Солнце — порядка одного гаусса, в солнечных пятнах — тысячи гауссов. Самые большие поля в нейтронных звездах: в пульсарах — 1020, в магнетарах — 1015).
Давайте к «кротовым норам» вернемся. Как мы их увидим?
Наша Федеральная космическая программа предусматривает запуск орбитальных обсерваторий. Одна из них — «Радиоастрон» будет запускаться в конце будущего года. Через восемь лет, в шестнадцатом году, предполагается запустить обсерваторию «Миллиметрон». Эти обсерватории дадут очень высокое разрешение (способность различить две точки, находящиеся рядом. — «РР»): «Радиоастрон» — в 10 млн раз выше, чем у человеческого глаза, миллионные доли угловой секунды, «Миллиметрон» еще раз в сто больше.
С помощью этих обсерваторий мы заглянем внутрь черных дыр и проверим, не являются ли они «кротовыми норами». Если окажется, что мы увидим лишь мимо пролетающие облака газа и будем наблюдать различные эффекты, связанные с гравитацией черной дыры, искривление траектории света например, то это будет черная дыра. Если же мы увидим радиоволны, идущие изнут­ри, то будет понятно, что это не черная дыра, а «кротовая нора». Построим картинку магнитного поля по эффекту Фарадея. Пока для этого не хватало разрешения наземных телескопов. И если окажется, что магнитное поле соответствует монополю, то это почти наверняка «кротовая нора». Но сначала нужно увидеть.

Это и есть РадиоАстрон. Если кризис не добьет проект возможно с его помощью будут открыты первые червоточины.
Какие-то объекты для наблюдений уже выбраны?
Сначала предполагаем исследовать сверхмассивные черные дыры в центрах нашей и ближайших галактик. Для нашей — это очень компактный объект с массой в 3 млн солнечных масс. Мы считаем, что это черная дыра, но она может оказаться и «кротовой норой». Есть объекты еще более грандиозные. В частности, в центре самой близкой к нам из массивных галактик М87 в созвездии Девы есть черная дыра с массой в 3 млрд солнц. Эти объекты — одни из самых главных для исследования «Радиоастроном». Но не только они. Есть, например, некоторые пульсары, которые могут оказаться двумя входами в одну и ту же «кротовую нору». И третий тип объектов — всплески гамма-излучения, на их месте возникает также кратковременное оптическое и радиосвечение. Мы их наблюдаем время от времени даже на очень больших расстояниях — как для самых далеких видимых галактик. Они очень мощные, и мы пока не вполне понимаем, что это такое. В общем, сейчас подготовлен каталог из тысячи объектов для наблюдения.
Какие следствия может иметь открытие «кротовых нор»?
Можно заглянуть в другие части Вселенной, в другие Вселенные. Некоторые известные ученые, например Игорь Дмитриевич Новиков, даже рассматривают вопрос о путешествии в прошлое или будущее, то есть о машине времени.
Без нарушения причинности?
Этот вопрос рассматривался в научных публикациях. Но об этом лучше с Игорем Дмитриевичем поговорить. В целом можно сказать, что вопрос путешествия во времени без нарушения закона причинности, вероятно, может быть решен.
Если представить, что мы когда-нибудь не просто посмотрим, а доберемся до горловины «кротовой норы» и пошлем внутрь космонавта, что он увидит во время путешествия?
Сидя внутри туннеля, он будет видеть одновременно оба входа. Если только там нет поглощающей свет материи.
А сами стенки туннеля? Он вообще имеет какую-то протяженность? Или это просто образное название для перемычки между горловинами?
Это образное название. Перемещение вещества почти мгновенное… Но можно использовать более общее уравнение, и тогда в зависимости от решения путешествие будет длительное или короткое.
Почему вообще путешествие должно происходить? Если «кротовая нора» существует, с одной стороны у нее какая-то масса вещества, с другой стороны — другая масса. Под действием гравитации путешественник должен посередине застрять…
Застрять он может только в том случае, если навстречу тоже что-то упадет. Если этого не случится, он улетит через выход. А там все зависит от того, какая масса у противоположной горловины. Они не обязательно одинаковы: все определяется историей входа. Может быть и обмен веществом между ними. А если там много газа и здесь много, то входы могут превратиться в черные дыры и произойдет схлопывание туннеля. Теоретически есть много разных вариантов, но для начала хотелось бы показать, что такие объекты вообще есть.